rest𓂃𝒪𝘭𝘪𝘷𝘦 𝒲𝘪𝘯𝘵𝘦𝘳𝘴 ಄ ೀ

Её касание было нежным, но крепким она посмотрела на него так серьезно как ни на кого другого.

Лес стал тихим, даже птицы перестали чирикать для этого момента. Она смотрела на него, как на того — ради кого она готова пожертвовать собой.

— Ты тоже важен мне, Мансон. С самого первого дня когда ты мне начал говорить о себе и черт возьми, я не уйду. Не сейчас. Если тебе так нужна кровь, выпей мою.

Её тон был серьезным настолько, что у парня пропал дар речи. Она готова пожертвовать свою кровь ему?
Глупая, очень глупая.
Не успев отказаться ей в этом предложении, она подошла ближе к нему и смотрела прямо ему в глаза. Зрительный контакт — то что для Олив было почти невозможным сейчас был сильным, она настаивала на своих словах.

— Ты меня не слушаешь? Я не хочу причинить тебе боль.

Эдди повторяет эти слова, но уже избегая её взгляда. Голод растет и он смотрит на её шею, на вены пульсирующие под кожей. Девушка положила руку ему на щеку, мягко так что рука ели касалась его кожи.

— Эдди, я потерплю. Правда. Знаешь, ради тех кого мы любим мы пойдем даже на самые сумасшедшие поступки.

Он замер, эти слова эхом раздавались в его голове. Он не верил в сказанное ею — "кого мы любим", так искренне она сказала это и он поверил. Надежда. За последние пару суток, он впервые снова почувствовал что-то человеческое. Наклонившись к шее девушки, Мансон остановился и отодвинулся. Что-то изнутри останавливало его — совесть?

— Я не могу, Олив.

Он отвернул голову от нее. Его дыхание было громким, прерывистым.
Девушка с пониманием посмотрела на него.

— Я не заставляю тебя, это простое предложение. Просто…не хочу, чтобы ты тут с голоду умирать остался.

Оливия смотрела на него не убирая рук от него, будто держа что-то дорогое. Глаза Эдди заметно расширились и он снова встретился с ней взглядом.

— Можешь попробовать с руки, там же не так больно?

Немного расслабившись спросила Оливия глядя на него. Мансон продолжал смотреть на неё, следил за каждым её взглядом, движением запоминая каждую морщинку. Пару минут, это заняло ровно ему пару минут чтобы собраться с силами и наконец-то укусив её.

Клыки парня быстро вонзились в руку девушки, это было не больно — скорее непривычно и немного щекотно.
Кажется, будто кто-то воткнул в кожу две ледяные иглы — и сразу убрал.
Эдди дёргается, будто его ударили током. По его губам потекла струя теплой, ещё свежей крови. Он немного отстранился от нее. Его кожа обрела более живой оттенок, но все такой же бледный.

Как только Эдди отстранился, Уинтерс немного отшатнулась. Головокружение не заставило себя долго ждать, прям как во всех романах про вампиров. Она посмотрела на него и слабо улыбнулась.

— Извини, голова закружилась. Может пройдемся, чтобы подышать?

Эдди сразу же кивнул и начал идти за ней, придерживая её от падения. Незаметно Олив взяла его ледяную руку в свою ведя его к поляне за лесом.

Мансон его увеличивал и не давал расстоянию становится меньше чем пять шагов.

— Нет, ты тут ничем не поможешь.

Слова Эдди были резкими как нож, будто он не хотел чтобы она к нему подходила. Только краткое "я голоден" тихо сорвалось с его губ, так чтобы никто этого не слышал, но все же достаточно чтобы Олив смогла услышать.

— Если голоден, я могу дать тебе еду. Я не съела то что было на обед.

Оливия потянулась рукой к своей сумке, но её руку перехватил Мансон. Крепко, но не больно — просто останавливая её действия. В его глазах читался голод, не человеческий, а больше испуганный и звериный. Девушка невольно отшатнулась от резкости его движений, её нога зацепилась за один из корней деревьев. Равновесие её подводило и она быстро начала падать назад, но рука парня с той же скоростью подхватила её, не давая падению случится.

Ещё пару секунд в тишине они провели в этой позе до того как Мансон помог ей снова встать ровно на ноги. Краткое и тихое "спасибо" вырвалось от Винтер, будто она хотела ещё что-то сказать, но не осмелилась.

Парень сложил руки на груди и снова осмотрел девушку. Он видел искренность в её глазах, ту которую он замечал в школе во время их не таких частых разговоров. Тягучая тишина все также непрерывно окутывал их и как пару минут назад, Эдди снова решил её нарушить.

— Мне не нужна еда, она мне никак не поможет. Понимаешь? Или ты не видишь меня? Тем кем я стал.

Кудрявый яростно жестикулировал руками показывая на себя, будто сбивая с толку девушку. Его красно-бордовые глаза блестели на солнце которое начало заходить за горизонт.

Оливия смотрела на него, в её глазах перестал мелькать страх, какой либо. Не за себя и не за него. Она смотрела на него тем взглядом как всегда — тёплым, спокойным и…нежным. Будто перед ней стоял не вампир и не монстр, а все тот же школьник. Это явно сбивало его с толку.

— Ты меня слышишь? Оливия, я монстр и я не ем обычные продукты. Мне нужна кровь, так что иди. Иди пока я не передумал.

В словах парня было отчаяние, через его рык проскальзывала мольба. Просьба уйти казалась странной, для их обоих. Девушка подошла к нему ближе. В её сердце будто что-то ёкнуло и пробил удар, парень чувствовал её пульсирующее сердце и кровь в венах, он явно пытался сдерживать себя. Он был агрессивнее чем ранее, но в глазах читалась мольба того Эдди который был раньше — человеком.

— Эдди…

Его имя тихо соскользнуло с губ девушки, её желание помочь ему явно брало верх над её поступками. И какое-то неизвестное чувство кололо её сердце, что-то странное и теплое.
Любовь? — она знала только ту любовь которую ей давал отец, но эта…она была странной. Такой, от которой в сердце колит и хочется помочь не взирая ни на что.

Мансон смотрел на неё, то как она произнесла его имя. В его уже давно холодном сердце будто что-то стукнуло, непривычное для него ощущение. В последнее время единственное что он чувствовал это голод, сильный голод который съедал его изнутри. А тут, что-то теплое будто желание уберечь. От себя.

Он не понимал откуда данные мысли в его голове. Оливия смотрела на него, будто сквозь в душу — его холодную, почти исчезнувшую душу. Взгляд той девушки которая ему помогала в школе, слушала его рассказы о металле когда она сама каждый раз вздрагивала от обычного школьного звонка, объясняла ему темы которые он не понимал. В конце концов принесла ему те конспекты.

— Уходи, прошу. Олив Уинтерс, уходи. Я очень стараюсь сдерживать свой голод, чтобы просто не наброситься на тебя. Я не хочу тебя ранить…

Он через зубы процедил данные слова, но остановился недоговорив предложение. Запнувшись его лицо расслабилось, впервые за последние минут.

— …ты дорога мне.

Эдди проговорил данные слова, будто выдавливая их из себя. Сам того не понимая, почему он это сказал. Некие обрывки чувств с его ещё человеческой жизни вернулись ему в тот момент. Любовь, глупо. Как вампир может чувствовать что-то помимо голода? Или может. Она сам не понимал, что с ним происходит в тот момент.

Винтер посмотрела на него и настойчиво, что было совсем не свойственно для нее подошла к нему и взяла его за руку.

В Хоукинсе стоял теплый осенний день, только лишь маленький прохладный ветер разбивал тепло. Школьный день подошел к концу, но он был не таким как всегда. Кого-то не хватало, Оливия не часто замечает когда кого-то не приходит в школу, но на этот раз это было слишком ощутимо.

Эдди Мансон — довольно странный и громкий ученик старшей школы Хоукинса, и его отсутствие для всех было ощутимым. Тишина в столовой и никаких переговоров, клуб адского пламени, основатель и капитан клуба которым являлся Мансон, обсуждали его отсутствие.

По началу Олив не предала этому сильного внимания, так как они не были настолько близки. Выходя из кабинета истории, Уинтерс остановила её учительница и попросила передать те конспекты, которые они сегодня писали для Эдди. Верно, она жила с отцом недалеко от трейлерного парка где и жил Мансон со своим дядей.
Проходя мимо бежевого ухоженного дома Уинтерсов, она наконец-то дошла до парка.

Постучав в дверь её открыл мужчина, возраста чуть старше чем отец Оливии. Это был Мансон старший — Уэйн Мансон, дядя Эдди. Передав ему пару тетрадей с конспектами для его племянника он поделился с Уинтерс, что того не было видно ещё со вчерашнего вечера. Внутри у девушки будто что-то щелкнуло, она никогда такого не чувствовала. Попрощавшись с Уэйном Мансоном она направилась в сторону леса, Олив не думала настолько разумным было данное решение после всех событий в Хоукинсе — ей просто хотелось отдохнуть от скучных школьных дней и слишком навязчивых мыслей.

Наушники с плейером качались на её плечах, пальто еле-еле как согревало тело от осеннего ветра. По всюду были слышно шелест опавших листьев под ногами, пение птиц, то как белки скакали с ветки на ветку и что-то быстрое. Неуловимый звук. Будто кто-то бежал, но слишком быстро — не по человечески. Будто кто-то следил или бежал куда-то, но так будто ноги только отчасти касались земли.

Девушка не предала этому такого значения. Ссылаясь на возможного дикого зверя, которых в лесу Хоукинса было полно. Проходя все глубже и глубже в чащу леса, Олив наткнулась на скалу о которой рассказывал Дастин — школьный умник, который знает почти о всем. Скалу назвали "каменная башка" из-за некой схожестью с человеческим черепом.

За спиной у девушки послышался шорох, будто кто-то садился. Скорее от неожиданности нежели от страха Уинтерс быстро обернулась, чтобы посмотреть на того кто стоял за ней. Знакомая фигура сидящая к девушке спиной под камнем. Небрежные кучерявые длинные волосы падали на плечи, грязная джинсовая куртка и до боли знакомые кожаные ботинки. Минута, две и в голове у Оливии всплыло — Эдди Мансон. Точно, тот самый фрик из школы которому она несла конспекты. Его стиль за километр можно было узнать, но что он делает в этом лесу?

Девушка стояла в паре метров от него не осмеливаясь заговорить с ним, но набравшись всей той смелости которая была у неё она все же решилась начать разговор.

— Эдди?

Все также немного неуверенно спросила Оливия, чтобы удостовериться что того кого она видит реален или тот о ком она думает. Тишина повисла между ними, будто никто не услышал её вопроса. Спустя пару секунд парень обернулся, медленно с напряженной спиной. Будто сначала не узнав голос, но все же обернулся.

Кожа была бледнее обычного, настолько что было видно вены, его карие глаза приобрели красно-желтый почти кровавый оттенок. Казалось будто его волосы стали темнее нежели как раньше. На его губах красовалась тонкая алая струя крови, а из под них красовались белые клыки. Он молча смотрел на неё, будто завораживая.

Не успев моргнуть, как перед Уинтерс уже стоял он. Эдди вглядывался в неё и наконец-то заговорил, его голос был немного хрипловат, но все ещё была та интонация.

— Олив, что ты делаешь в лесу? Люди пропадают, а ты гуляешь?

Он говорил все с неким раздражением и страхом. Что-то не привычное было в тишине между их словами и тишиной. В попытках Оливии подойти к парню ближе, он отступал. У девушки это вызывало некое недоумение и тревогу, не за себя — за него.

— Тебе нужна помощь? Ты только скажи, я помогу. Ты же знаешь…

Расстояние между ними уменьшалось, но только